Log in

20 июня 2019 года, 20:08

Парадоксы курортной Стратегии

Парадоксы курортной Стратегии

По сложившейся традиции принято считать, что в нашей стране обещанного три года ждут. На этот раз Министерство здравоохранения Российской Федерации решило сломать устоявшиеся стереотипы. Не дожидаясь, когда исполнится три года с момента подписания 26 августа 2016 года президентского поручения, в соответствии с которым Минздрав должен был разработать Стратегию развития санаторно-курортного комплекса Российской Федерации не позднее 1 мая 2017 года, руководство Министерства теперь может вздохнуть с облегчением. Этот долгожданный документ наконец-то утвержден Распоряжением Правительства РФ от 26 ноября 2018 года № 2581-р.

Можно было бы порадоваться за отечественные курорты, которые после нескольких десятилетий разброда и шатаний смогли получить четкие ориентиры своего развития. Только вот проблема заключается в том, что при внимательном изучении текста Стратегии желание радоваться исчезает напрочь. В ней все: цели, задачи, показатели результативности ее исполнения – выглядит настолько аморфным, неконкретным, а зачастую – и непонятным, что говорить о Стратегии развития санаторно-курортного комплекса России как о серьезном документе было бы очень опрометчиво.

Примерно половину текста утвержденной Стратегии занимает анализ плачевного состояния санаторно-курортной отрасли страны и констатация наличия серьезных проблем, мешающих развиваться курортам и по максимуму использовать их потенциал для оздоровления россиян.

(Приведенная в документе характеристика состояния отечественных санаторных учреждений способна повергнуть в глубокое уныние даже самых неисправимых оптимистов. Оказывается, в 123 государственных санаторно-курортных учреждениях (в том числе 27 – федерального уровня) износ зданий превышает 80 %. В 166 санаториях износ медицинского оборудования составляет от 90 % и выше. По данным Роспотребнадзора, только 59 % санаторных учреждений отвечают требованиям законодательства в сфере обеспечения санэпидблагополучия. В это трудно поверить, но около 95 % санаториев оказались вообще неприспособленными для размещения маломобильных групп населения.

Если к сказанному добавить еще изношенность общекурортной инфраструктуры и коммунальных сетей, недоукомплектованность медперсонала в здравницах, взимание налогов с санаторных учреждений в тех же размерах, что и с коммерческих структур, отсутствие единого координатора на федеральном уровне и т. д., то вырисовывается совсем уж малопривлекательная картина.

Какую же цель поставили перед собой разработчики курортной Стратегии?

В качестве основного ориентира развития отрасли они указали повышение доступности санаторно-курортного лечения, чему должно способствовать создание современного санаторно-курортного комплекса. Честно говоря, доступность отдыха и лечения на курорте зависит, прежде всего, от покупательной способности потенциальных курортников. И пока что она, эта самая покупательная способность, очень далека от идеала. Более того, создание современных санаторных комплексов потребует огромных инвестиций, которые, по законам экономики, необходимо будет возвращать. Следовательно, только наивный человек сможет поверить в то, что после таких серьезных преобразований стоимость санаторной путевки снизится. Скорее наоборот. Поэтому вполне закономерно возникает вопрос: «Как увязать оба эти понятия – доступность курортного лечения и создание современного курорта?», на что невозможно отыскать ответ в представленном документе.

Непонятно также, почему разработчики Стратегии посчитали возможным исключить из основной цели увеличение продолжительности жизни населения и улучшение ее качества. И это несмотря на то, что на современном этапе развития нашей страны данный показатель является одним из самых важных приоритетов. И кому, как не санаторно-курортному комплексу, помогать оздоравливать нацию и продлевать жизнь россиянам? Но как раз на эти вопросы Стратегия также не дает никаких ответов.

Не менее интересны задачи, которые предстоит решить, двигаясь к заветной цели. Главным, по мнению разработчиков Стратегии, должно быть совершенствование системы госрегулирования развития санаторно-курортного комплекса. Для многих наших сограждан такое определение представляется не более, чем набором малопонятных слов. Куда более понятно становится, когда составители Стратегии сами же поясняют, что следует понимать под «совершенствованием системы госрегулирования». Здесь сразу все встает на свои места.

На первом месте оказалось предложение по изменению порядка установления границ зон горно-санитарной охраны курортов и их «актуализации». Не стоит питать никаких иллюзий относительно того, для чего это делается. Минздрав России уже давно определил свое отношение к охранным курортным зонам. В частности, летом 2016 года на заседании президиума Госсовета в Белокурихе глава Минздрава Вероника Скворцова убеждала руководство страны в том, что ей известны некие секретные методики, позволяющие значительно сократить площади зон горно-санитарной охраны курортов. Похоже, не мытьем – так катаньем, то есть Стратегией, она сумела-таки добиться своей цели.

Все те, кто наблюдает за непрекращающимися попытками федерального Правительства до неузнаваемости отредактировать Федеральный закон «О природных лечебных ресурсах, лечебно-оздоровительных местностях и курортах» № 26-ФЗ, прекрасно знают, как на протяжении последних четырех лет курортологи России пытаются противостоять этим опасным действиям. Они всерьез опасаются, что отказ от деления курортов на федеральные, региональные и местные может фактически превратить их в беспризорников. Они не понимают также, как можно на законодательном уровне закрепить отказ от использования курортов для профилактики заболеваний и оздоровления, сузив их сферу деятельности исключительно до «лечения и реабилитации». Опасения экспертов по данному поводу разделяют депутаты Госдумы России, что было подтверждено на недавно состоявшемся в городе-курорте Кисловодске совещании, инициатива в проведении которого принадлежала народным избранникам.

Теперь возникла парадоксальная ситуация: депутаты, экспертное сообщество, курортологи – все выступают категорически против ревизии основного курортного закона, а в это время Правительство РФ включает «антикурортные» положения в Стратегию развития курортов и настаивает на принятии соответствующих поправок в 26-й федеральный закон.

Честно говоря, трудно припомнить хотя бы один случай, где противостояние Правительства и остальной части общества (включая депутатский корпус) достигло бы такого критического уровня. Но при этом совершенно очевидно, что если федеральные чиновники сумеют добиться поставленной цели, то для отечественных курортов это будет иметь катастрофические последствия.

Очень интересны целевые показатели, по которым будут судить об успешности реализации курортной Стратегии. В отличие от обсуждаемого проекта, в утвержденном варианте документа таковых оказалось всего три – на один меньше, чем было изначально. Проектом Стратегии предусматривалось, что в каждом из 85 субъектов федерации будет разработан собственный документ, направленный на поддержку развития курортов регионального и местного значения. Это вызвало недоумение в профессиональном сообществе курортологов, многие из которых прямо-таки горели желанием собственными глазами увидеть, скажем, программу развития курортов Чукотки, Якутии или Магаданской области. Похоже, что разработчики Стратегии сами догадались, какую глупость они сморозили, поэтому от такого критерия они поспешили отказаться.

Но и оставшиеся три целевых показателя трудно назвать оптимальными, позволяющими объективно охарактеризовать состояние санаторно-курортной отрасли на момент окончания срока действия Стратегии.

Одним из показателей является доля медперсонала санаториев, повысивших свою квалификацию. Таковых, по мнению разработчиков документа, в 2024 году должно быть 35 %. Стало быть, две трети медработников будут продолжать работать по старинке. Но такое положение дел не смущает Минздрав России.

Вторым целевым показателем является доля санаторно-курортных организаций, включенных в госреестр курортного дела Российской Федерации. И здесь также федеральный Минздрав как ответственный за ведение указанного реестра попытался создать для себя самые что ни на есть тепличные условия. За 6 лет «напряженной» работы министерские чиновники собираются увеличить эту долю с нынешних 70 % до 90 % и на том успокоиться. То есть сведения о порядка 200 санаториев в 2024 году не будут включены в государственный реестр курортного фонда, и это будет считаться огромным достижением.

Ну и, наконец, третий целевой показатель, наиболее объективно характеризующий ситуацию, в которой окажется санаторно-курортный комплекс России после «успешной» реализации разработанной федеральным Минздравом Стратегии.

В 2024 году количество пролечившихся и отдохнувших в отечественных санаториях должно составить 6965 тыс. человек. Много это или мало, можно судить, сравнивая эту цифру с аналогичным показателем за предыдущие годы. Так вот, в 2016 году на отечественных курортах оздоровилось 7136 тыс. человек. Стало быть, шесть лет работы над реализацией Стратегии санаторно-курортного комплекса России приведут к тому, что количество пролечившихся и отдохнувших в санаториях сократится по сравнению с 2016 годом на 171 тыс. человек. Это примерно столько же, сколько, например, в 2017 году принял федеральный курорт Пятигорск. Но неужели кто-то и вправду считает, что так должно выглядеть успешное развитие отечественных курортов?

По правде говоря, работники курортной отрасли надеялись, что об успешности выполнения Стратегии развития санаторно-курортного комплекса будут судить совершенно по иным показателям. Например, по увеличению средней продолжительности жизни россиян, по увеличению количества высокотехнологичных рабочих мест в санаторно-курортной сфере, по увеличению объемов бюджетного финансирования и частных инвестиций в санаторно-курортный комплекс Российской Федерации, по увеличению на 10 % ежегодно численности лечившихся и отдыхавших в санаторно-курортных организациях. Вместо этого предлагается сокращать количество курортников примерно на 30 тыс. человек в год, а 200 санаториев не включать в госреестр, фактически оставив их за рамками правового поля.

А еще, как на спасительную соломинку, разработчики Стратегии возлагают серьезные надежды на то, что с помощью курортного сбора они смогут значительно улучшить состояние курортной инфраструктуры. Насколько такой подход оправдан, можно судить по некоторым цифрам. По состоянию на 1 декабря 2018 года в трех субъектах Российской Федерации, где проводится эксперимент по латанию курортных дыр с помощью средств курортников, смогли собрать не более 270 млн рублей. А всего за пять лет проведения эксперимента надеются собрать несколько миллиардов рублей. Для сравнения: в 1976 – 1980 годах на строительство, благоустройство и оснащение курортных объектов из бюджета страны было направлено свыше 1 млрд рублей, что по нынешнему курсу превышает 250 млрд рублей. Ясное дело, когда государство не на словах, а на деле заботилось о своих курортах, то и состояние курортной инфраструктуры было совершенно иным. Не в пример сложившейся ситуации, при которой государство так ловко пытается переложить заботу о благоустройстве курортных территорий на плечи своих не слишком богатых граждан.

Можно провести еще одну параллель. В 80-е годы прошлого века в нашей стране около 90 % всех санаторно-курортных путевок приобреталось на льготных условиях. Гражданин платил за нее не более 30 % от стоимости, что составляло порядка 25 % его среднемесячного заработка. Оставшуюся часть за него оплачивал профсоюз. В то время не было случая, чтобы кому-то, кто по состоянию здоровья нуждался в санаторном лечении, было отказано в этом.

Совершенно иная ситуация наблюдается в наши дни. Согласно отчету Счетной палаты Российской Федерации, в 2016 году обеспеченность граждан санаторно-курортным лечением составила 24,8%, а численность граждан, не обеспеченных путевками на санаторно-курортное лечение территориальными органами ФСС, по состоянию на 1 января 2017 года составила 447,3 тысяч человек. При этом любой желающий может приобрести путевку на коммерческой основе. Правда, для этого среднему россиянину нужно будет выложить две среднероссийские зарплаты.

Сравнивая то, как было раньше, и то, что предлагают нынешние курортные стратеги для развития санаторно-курортного комплекса, начинаешь сомневаться в адекватности некоторых разработчиков серьезных документов. Ничего не скажешь: «шикарную» Стратегию они разработали! Только к развитию отрасли данный документ не имеет никакого отношения. С таким содержанием и с такими целевыми показателями ее следует назвать Стратегией деградации санаторно-курортного комплекса России.

Что же тогда получается? Руководство страны постоянно говорит о народосбережении, о необходимости увеличения продолжительности здорового периода жизни наших сограждан. Даже пенсионную реформу затеяли в надежде на то, что россияне будут жить долго и при этом практически не болеть. Несмотря на это, утверждается Стратегия развития отечественных курортов, которая мало чем может помочь в достижении поставленной цели. О чем можно говорить, если в ней не оказалось даже упоминания о профилактике заболеваний, чему верой и правдой российские курорты служили не одно десятилетие?

Ну, и кому нужна такая Стратегия?

НА СНИМКЕ: центральная питьевая галерея в Пятигорске.

Виктор МИХАЙЛОВ.

Фото Ирины ГЕНИЕВСКОЙ.