Log in

24 сентября 2018 года, 20:11

Еще один приют поэта

Есть в сегодняшнем Пятигорске – современном шумном городе – незримая черта, переступив которую, забываешь об оставшемся за спиной ХХI веке, о проблемах, делах, заботах дня сегодняшнего, и погружаешься в мир далекого ХIХ столетия. Центр этого уникального уголка – маленький домик под камышовой крышей. «Домик Лермонтова»… С первых же дней создания здесь музея он сделался своеобразным духовным магнитом для бесчисленных почитателей поэта. И, казалось бы, нет в Пятигорске другого места, так же тесно связанного с Михаилом Юрьевичем, а потому столь же дорогого и памятного для нас. Да, к великому сожалению, сейчас нет. Но оно было. Было! И не просто было, а вполне могло по своей значимости для биографии Михаила Юрьевича соперничать с его последним приютом. Ведь в домике у подножья Машука он прожил лишь несколько недель в свой последний приезд. А в доме, о котором пойдет речь… Впрочем, давайте по порядку.

Они так странно похожи и одновременно непохожи друг на друга – эти два удивительных здания в верховьях Горячеводской долины. Более века тому назад Пятигорск украсился архитектурным шедевром, врачующим не только тело человека, но и его душу – созерцанием красоты совершенных форм. Мы знаем этот ансамбль зданий – Пушкинские ванны. А поначалу они именовались Ново-Сабанеевскими – в память о боевом генерале Иване Васильевиче Сабанееве, который лечился на Горячих Водах летом 1825 года.

Но это так, попутно. Главное же, что на этом месте стояла когда-то усадьба. Она, конечно, не могла сравниться в великолепии с Пушкинскими ваннами – два деревянных, обмазанных глиной и побеленных домика под тесовыми крышами, дворовые постройки – конюшни, кухни, погреба… Но по исторической значимости эта усадьба вполне могла соперничать с ними. Ведь в одном из этих домов, принадлежавших вдове-генеральше Екатерине Алексеевне Хастатовой, останавливалась ее родная сестра – Елизавета Алексеевна Арсеньева, привозившая на Воды своего болезненного внука Мишу Лермонтова.

Сколько раз в лермонтоведческой литературе упоминается, правда, бездоказательно, 1818 год. Есть некоторые данные о поездке бабушки с внуком на Воды летом 1820 года. И, наконец, документально подтверждены сведения о приезде сюда Арсеньевой с внуком в 1825 году. Они провели тогда в Пятигорске почти все лето, живя в одном из домов на усадьбе Хастатовой. Безусловно, пребывание здесь одиннадцатилетнего Миши Лермонтова во многом повлияло на формирование его личности. И все же уравнивать значимость в судьбе поэта хастатовского дома и домика у подножья Машука было бы слишком смело. Однако не будем спешить.

Как выяснил известный краевед С. В. Боглачев, в 1910 – 1911 годах некий капитан Е. П. Осипов активно интересовался пятигорским бытием Лермонтова. От пятигорского старожила – доктора Ларина, он получил снимок, сделанный в начале 60-х годов XIX века фотографом Окуловским. На снимке был изображен один из хастатовских домов с подписью: «Дом, где жил М. Ю. Лермонтов в 1825 и 1837 годах». Мы знаем, что Окуловский был человеком достаточно серьезным, и зря не стал бы писать так, да и снимать этот дом, если бы не был уверен, что Лермонтов действительно жил там во время первой ссылки.

Факт этот историкам и лермонтоведам, видимо, не был известен, поскольку считается, что поэт провел лето 1837 года в офицерском отделении пятигорского военного госпиталя. Он и в самом деле поселился там, но явно не сразу – согласитесь, что по приезду ему надо было сначала оформить бумаги, показаться врачам и т. д. Пока выполнялись эти формальности, Михаил Юрьевич, конечно же, жил в доме своих родственников Хастатовых. Сколько времени – сказать трудно, и все же не день – два, раз этот факт был отмечен жителями Пятигорска и сообщен Окуловскому.

Так что, как видим, поэт при каждом своем посещении Пятигорска пользовался гостеприимством Хастатовых. Подтверждением тому может служить и последний его приезд сюда весной 1841 года. В воспоминаниях родственницы Лермонтова – Эмилии Александровны Шан-Гирей, читаем: «Михаил Юрьевич и Столыпин по приезде их в Пятигорск жили несколько дней в доме родственника Лермонтова Хастатова. Там же жила семья бывших крепостных Хастатова – Чаловых… Александра Чалова была прачкой Михаила Юрьевича; она женщина и теперь еще бодрая, и хорошо помнит его. Рассказывает, как Михаил Юрьевич рисовал карикатуру с нее, погоняющей волов, и старухи, ее матери, прикладывающейся к стаканчику родительской. Михаил Юрьевич, показывая им эти листки, спрашивал: «Узнают ли они себя?».

Мы знаем, что, приехав в Пятигорск, Лермонтов со Столыпиным оказались в довольно неопределенном положении (неясно, разрешат ли им лечиться пятигорскими водами, отошлют ли в отряд, или отправят в Георгиевский госпиталь). И потому не рискнули связывать себя наймом квартиры, предпочтя жить у своих родственников в ожидании, пока появится надежное основание остаться в Пятигорске. Ведь в случае вынужденного внезапного отъезда, что вполне могло случиться, гораздо удобнее было покинуть «своих», чем чужих людей, с которыми пришлось бы вести очень неприятные разговоры о возвращении денег – пятигорские домовладельцы брали квартирную плату вперед за весь срок проживания.

Таким образом, дом Хастатовых служил приютом Михаилу Юрьевичу, по крайней мере, три раза, а, возможно, и больше. Ведь он дважды заезжал в Пятигорск весной и летом 1840 года. И поскольку оба визита были достаточно короткими, поэт явно не стал связывать себя наймом квартиры и, как обычно, воспользовался хастатовским домом. Которым? На снимке Окуловского запечатлен тот, что стоял восточнее и выходил окнами на площадку Елизаветинского источника. Видимо, он и давал приют Михаилу Юрьевичу.

Очень жаль, что факты, с ним связанные, не были известны пятигорской общественности в конце XIX столетия, когда решался вопрос о сносе усадьбы Хастатовых. Может быть, тогда удалось бы его сохранить? Ни в коем случае не умаляя значения «Домика» на усадьбе Чилаева, хастатовский дом существенно дополнил бы наши сведения о пребывании в Пятигорске великого поэта.

Вадим ХАЧИКОВ,

заслуженный работник культуры РФ.

Другие материалы в этой категории: « Лермонтовский Кавказ Алые паруса любви »